Публикации

Родительская суббота: почему христиане не дарят родным венков с траурной чёрной лентой

25.03.2017Илья Тимкин


Сегодня — Родительская суббота, последняя в Великом посту. Это день особого воспоминания наших близких, завершивших земной путь; это день усиленных молитв за них Богу. Предлагаем поговорить о том, о чём говорить в светском обществе не принято. О том, о чём стараются лишний раз не вспоминать. Поговорим о смерти.

Тема эта настолько обширна, что сегодня мы сможем прикоснуться лишь к одной из её граней. Впрочем, грань настолько важна, что пищи для размышлений здесь можно почерпнуть много. А вопрос при этом внешне выглядит просто. «Как христианину относиться к смерти близких?» — спросим мы у себя. Действительно, как?

Смерти не боимся

Даже не опускаясь в шахты глубинных смыслов, мы сможем выделить пару ярких различий между христианским и нехристианским отношением к смерти. Наверное, главное среди таких показателей то, что православные смерти не боятся. Оно и понятно — Христос победил эту царицу ада, и настоящие христиане, конечно, с трепетом ждут конца своего земного путешествия, страшатся предстать перед Богом нераскаянными, но… Последний вздох, за которым — неизвестность; самое страшное для человека (ибо Господь не творил человека смертным) — это уже пройдено Богочеловеком, Христос уже открыл чёрную дверь Своей рукой, и для нас, соединившихся с Ним в Крещении, смерть становится желанной встречей с Богом.

Сущим во гробах дарована жизнь

Сказав это, пойдём дальше и скажем, что для христиан  смерть — не горе. Это тяжело принять, особенно тем, кто испытал смерть близкого человека. Ну какое это не горе, скажем мы, когда весь мир переворачивается, и ничего уже не нужно — ни есть, ни пить, ни звонить по телефону, ни сажать картошку в огороде, ни смотреть за проплывающими по небу облаками… Умер папа, или мама, или муж, или жена, или ребёнок, и кажется, ты сам умер для всего мира.

Об этом надо рассуждать, это надо знать и понимать — причём говорить и думать тогда, когда боль утраты уже поутихла, и рана немного затянулась. И если мы отбросим личный опыт, и взглянем на Церковь, то вдруг поймём, что Христос победил смерть не номинально, не на словах только, не для того, чтобы составить елейное песнопение с потерянным для критического осознания смыслом: «Христос воскрес из мёртвых, смертью Своей растоптав смерть, и находящимся в могилах подарив жизнь». Это не благочестивая пропись, а потрясающая радостная правда! Христос победил смерть, и ты не христианин, если не веришь в это.

Чёрное или белое?

Нам кажется, что смерть требует хмурого лица. Но на панихиде мы просим Бога успокоить души «уснувших» вместе со святыми в райских обителях.

Мы заказываем венки с траурной чёрной лентой и кладём на могилы бестолковые красные гвоздики (важно не спутать, купить именно чётное количество). А церковное предание советует нам ставить кресты на кладбище, причём ставить таким образом, чтобы при Всеобщем Воскресении наши родные видели перед собой Крест, когда будут подниматься из гробов.

Мы пишем на памятнике, что скорбим по умершим. А апостол Павел возражает: «Не горюйте о них, как остальные люди, у которых нет надежды. Ведь если мы верим, что Иисус умер и воскрес, то мы так же верим, что Бог приведёт на небеса к Иисусу тех, кто умер с верой в Него».

Мы надеваем чёрный платок и чёрное платье. А Церковь зашивает в антиминс частички тел своих святых, и служит на них самую солнечную, радостную и торжествующую службу — Божественную Литургию.

Мы спешно моем пол после выноса гроба, чтобы душа не осталась ненароком в квартире. А христиане молятся тем, кто уже на Небе, и — душа с душой — разговаривают с ними.

Мы говорим шаблонную фразу: «Никто не забыт, ничто не забыто», подразумевая, что живые дети будут расти честными и храбрыми, вспоминая мёртвых прадедов-героев. Церковь же соединяет живых и «уснувших» в молитве друг за друга, и просит Бога вспомнить (помянуть) человека в Своём Царстве — а это значит, оживить, поставить рядом с Собой.

Со святыми упокой

Можно много-много ещё приводить аналогий, над которыми стоит поразмыслить, хотя бы накануне Родительской субботы. Но вот напоследок вспомним о том, что Великий Пост — время усиления любви, и Церковь говорит нам, что мы — живущие на земле — способны помочь молитвенно тем, кого любим, но кто уже не дышит, а живёт иной, неполной (без тела) жизнью. Завтра, когда станем петь «Вечную память», и «Со святыми упокой», попробуем немножко расправить плечи, и поднять голову. Посмотрим на Христа, обнимающего нас со Креста, и попросим у Него веры в то, что море Божественной любви неисчерпаемо, что наши слёзные молитвы Господь слышит, что Пресвятая Троица любит всех, кого мы поминаем, и любит в миллиарды раз сильнее, чем способны любить мы.

Попросим веры в то, что есть такое место, где нет «ни болезни, ни печали», где «жизнь бесконечная». Попросим, чтобы наши близкие хоть немножко, но ближе стали к этому месту. Чтобы стали немножко больше – святыми. И тогда от каждой искренней молитвы нашим любимым родным и друзьям будет всё легче и радостнее.

Со святыми упокой, Господи, души усопших рабов Твоих!

Теги:
Великий пост
Родительская суббота
поминовение усопших




Все новости раздела




Вверх